Репертуар
Площадь искусств, Музыкальная коллекция
Административные и художественные службы филармонии
Информация о филармонических оркестрах и дирижерах
Гастроли оркестров
Историческая спрaвка
Пресса написать письмо в  Большой зал
Спонсоры написать письмо в Малый залНа ГлавнуюEnglish version
перейти на главную страницу нажмите, чтобы добавить сайт в избранное перейти на главную страницу


Встреча слушателей и журналистов 
с Алексеем Любимовым 14 мая 2010 года 

Учителя. Hommage. 

Я 11 лет учился в ЦМШ у А.Д. Артоболевской. Она  обладала невероятным даром зажигать и воспитывать любовь не только к  музыке, но и к повседневным занятиям, которые она умела сделать творческими, воспитывая в учениках дух большой музыки. Она же привела меня к Нейгаузу и к Наумову - людям, которым я очень обязан, у Нейгауза я учился 1 год, а после его смерти - у Наумова остальные 4 года в Консерватории. Обучаясь у них фортепианной игре, музыке я учился у композиторов, с которыми сталкивался - от  венских классиков до современных авторов. Носительницей этой культуры была М.В. Юдина, у которой я почерпнул больше, чем у кого бы то ни было в духовном смысле, в смысле открытости, включения других орбит знания, например, философии, научился делать то, что не делают другие, то, что не прописано правилами. Вот это и есть дань моим четырём наставникам.

Философия  

Музыка - это  единое целое. Выплескиваясь из невидимого источника, она принимает разные формы. Они могут быть очень адекватны космосу. Это, прежде всего, музыка аутентичной культуры или культур, связанных с отправлением религиозных ритуалов, где музыка является связующим звеном между человеческой душой и тем местом, куда эта душа должна стремиться. Она здесь выполняет роль проводника и средства, создающего эту цельность. Это не музыка в нашем понимании, это носитель духовного пути. Превращаясь попутно в формы, отделенные от ритуальности, музыка принимает обличья языка, который люди используют, не обязательно уже глядя наверх. Все это не делится на четко очерченные периоды. Это все плавно перетекающий процесс и сейчас мы слышим только звездочки, отдельные фрагменты этого процесса. В концертных залах мы обречены слушать музыку короткого отрезка XVIII-XX веков, а за бортом остается музыка многих столетий - у нас просто нет ресурсов для исполнения этой музыки. Так что «филармоническая музыка» - это маленькая ее часть и далеко не самая лучшая.

Эмоции  в исполнении музыки  

Эмоции - лишь небольшая часть того механизма, который у исполнителя имеется под руками. Эмоциональность исполнения как главная её составляющая - это точка зрения конца XIX начала XX вв, когда много говорили о впечатлениях и об эмоциях, как о ведущих осях искусства. В старинной музыке это совсем не так. Здесь прежде всего нужно знание. Даже исполняя сейчас романтическую музыку, мы должны очень хорошо знать не только исполняемое сочинение. Концепция возникает из суммы знаний, из знания текста, контекста. А перекос на эмоциональное происходит тогда, когда исполнитель проецирует сам себя. И когда это случается в исполнении старинной музыки,  от неё не остается ничего, кроме «соплей» самого исполнителя. Эта музыка требует точных знаний, но знаний, применённых очень осознанно, очень отобранно. Добавьте умение вчувствоваться в те процессы, которые были записаны нотами, и тогда эмоции - очень отобранные, очень умные, - должны отразить эту музыку. Это контролируемые вещи. 

О факультете исторического  и современного исполнительства  в МГК 

  Идея создания такого факультета сложилась в 1996 году у меня с молодыми исполнителями, которые к тому времени уже  просовершенствовались на западе в  области старинной музыки, чему у  нас не учили тогда. Новое поколение  бросилось сознательно изучать  старинное исполнительство. Все наши будущие педагоги стажировались на западе, получили там дополнительное образование. Сложилась платформа, база, на которой можно было создать новую структуру обучения. Тогда при ректоре Михаиле Овчинникове это было довольно легко сделать. Мы создали факультет, объединяющий две программы — программу изучения современной музыки и аутентичную программу  игры на старинных инструментах, тех, что оказались у нас в руках. Факультет сразу зафункционировал бурно, и через 5 лет с него был снят ярлык экспериментального. Мы создали школу игры на клавесине и историческом  фортепиано, на траверс-флейте. Были у нас и отдельные экземпляры барочных скрипачей и виолончелистов, с которыми, впрочем, нам меньше везло. Но всё равно создалась школа, наши воспитанники побеждали на международных конкурсах, активно концертировали. Сейчас на факультете 75 студентов и аспирантов.

Идеал исполнителя

Такого идеала у меня нет. Когда-то для меня знаковыми  пианистами были не Рихтер и не Гилельс, а Юдина, хотя сейчас какие-то записи ее слушать трудно, даже невозможно, впрочем, все равно обаяние ее независимой личности остается. То же самое только наоборот произошло в отношении Горовица. Когда я занимался авангардом, такого пианиста как Горовиц для меня не существовало. Потом я открыл, что Горовиц - это не только пианист с невероятными  виртуозными данными; он способен  охватывать масштаб, суть произведения. Я оценил  непредсказуемость его интерпретации, умение изменять себя в разных ситуациях, быть хамелеоном - это для меня очень важная составляющая исполнительского облика.

Как совмещать фортепиано с клавесином и  органом

Я всегда отправлялся  от музыки, искал инструменты, способные  адекватно выразить эту музыку. И  инструменты были лишь средством. Когда  я увлекся поздним средневековьем и создал свой ансамбль, мне пришлось заказать маленький портативный орган. В период увлечения музыкой XX века я выучился играть на ударных. Что касается разницы постижения каждого инструмента - это отдельная песня, которая требовала забыть слова другой песни. Я вижу сегодня, как молодые исполнители на нашем факультете осваивают разные инструменты, и наиболее талантливые из них используют свои мышечные возможности разрозненно. Мне же нужно день-два не заниматься на рояле, чтобы переключиться на другой инструмент.

Культурная жизнь Москвы

Москва cегодня стала большой метрополией в области искусства, по интенсивности культурной жизни она сопоставима с Парижем, Нью-Йорком. Наша страна проснулась от многолетнего подавления творческого импульса, и все это сегодня выплескивается. Молодежь много делает бесплатно, на энтузиазме. Частично новые исполнители, ансамбли существуют на поверхности, частично в андеграунде. Конечно, мое отношение субъективно. Например, «Opus Post» Татьяны Гринденко. Они обеспечивают исполнение музыки модерна и постмодерна, таких авторов как Мартынов, Карманов, Фелдман, Кейдж, Ксенакис. Есть еще оркестр Павла Сербина с собственным звукозаписывающим лейблом, барочная инструментальная капелла «Золотой век», состоящая из выпускников нашего факультета. У Петра  Айду (он мультиинструменталист, исполнитель на  фортепиано,  клавесине,  лютне)  интересный проект под названием «Персимфанс» - они восстанавливают практику игры без дирижирования, играют в основном музыку Мосолова, Рославца и других пролетарских композиторов, шумовую музыку. Стремятся воссоздать антураж 20-х годов, выступают в театре «Школа драматического искусства», подчеркивая рабоче-крестьянскую атмосферу происходящего декорациями, одеждой, сценографией. Очень разнообразна область нового искусства и параллельных художественных выставок в залах «Гараж», «Винзавод» и пр. Изредка в Доме музыки что-то интересное происходит, хотя это место становится все более и более «попсовым». В камерном зале Филармонии идут интересные проекты, например, «Музыка немого кино». В последнее время я сам провел два цикла: один - с музыкой ХХ века, а другой -  «От сыновей Баха до Бетховна» на исторических инструментах.

Карьеры молодых музыкантов 

Продвижение молодого талантливого музыканта, его карьера  - это вопрос очень болезненный. Есть такие профессора - «движки»: Кеммерлинг, Варди, у нас - Доренский, которые способны продвинуть своих студентов, обеспечить им какую-то основу. Но не в этом даже дело. Очень трудно подсказать студенту, в каком направлении ему идти. Все прекрасно понимают ситуацию: и те, кто занимается сегодня на фортепиано, знают, что конкуренция такая, что необходимо уметь в профессии всё. Если раньше прощали какие-то технические неровности Софроницкому, Шнабелю, то сегодня мир этого никому не прощает. Есть ниши, которые могут быть задействованы. И музицирование на старинных инструментах - это как раз такая ниша. В Москве нет вечера, чтобы где-то не играли старинную музыку, не обязательно даже в больших залах. Если вопрос в том, как стать на ноги на большой  сцене, то здесь рецептов нет. Многое решается случаем, умением музыканта общаться, тем, повезет ли ему. Конкурсы уже мало что решают. А есть люди, которые очень одарены, но могут биться-биться - и ничего. Надо работать, и я не тот человек, который занимается проектированием карьер своих учеников.

Запись и обработка текста - Марина АРШИНОВА
© При копировании текста ссылка на сайт филармонии обязательна ®

 


Афиша

Большой зал
Репертуар

Январь
Февраль 

 

 Видео

 

 

 Специальные проекты:

Дневник гастролей 

Беседа перед концертом

Творческие встречи

Концерты в Фойе

Конкурсы


Информационный центр 
Филармонии

 Музыкальная
библиотека

 
Детские рассказы и рисунки

Орган

Касса БОЛЬШОГО ЗАЛА
Часы работы кассы
с 11.00 до 20.00,
(в дни концертов до
окончания антракта)
перерыв с 15.00 до 16.00
Справки по Тел. (812) 710-42-90


Касса МАЛОГО ЗАЛА
Тел.(812) 571-83-33
часы работы кассы
с 11.00 до 19.00,
(в дни концертов до 19:30)
перерыв с 15.00 до 16.00
Справки по Тел. (812) 571-42-37

© 2000-2012, Copyright Saint-Petersburg Philharmonia®
Web-мастер сайта

Рейтинг@Mail.ru